Павел Флоренский о Соловках
Описание архипелага
Строения и лабиринты
Флора на Соловецких островах
Письма Флоренского о фауне
Морская флора и фауна
Флоренский о птицах
Науки в концлагере нет
Иод Соловков и Иодпром СЛОНа
Кемь, Кемперлаг и Попов остров
Переписка заключенных
Посылки и переводы в СЛОН
Свидания зэков СЛОНа
Солтеатр
Нравы и "законы" СЛОНа
Питание зэков в СЛОНе
Музей красного СЛОНа
Работа в лагере
Описание экспедиций
Флоренский не любил Соловки
Душевное состояние заключенных
Впечатления. Мысли о разном

Справка: в лагере ведет к.-революционную деятельность восхваляя врага народа Троцкого...
Павел Флоренский на Соловках (1)
Павел Флоренский на Соловках (2)
Йод о.Павла и потомки-плагиаторы
Соловецкая трагедия История концлагеря Разное о СЛОНе Заключенные Соловков Палачи, ВЧК-НКВД... Черная Книга СЛОНа Соловецкие расстрелы Интернациональные Соловки Избранное о красном СЛОНе


•  Павел Флоренский о соловецком конвое: грабеж и голод
•  Павел Флоренский о "виндчиле" на Соловках
Страницы: 1 2 3

Павел Флоренский

Работа в лагере. 1936.

Павел Флоренский на Соловецких островах. СЛОН, ГУЛАГ
1936.I.1. № 43
Работаю над рядом водорослей. В частности, нашел, что альгин, но только черный, можно добывать не только из ламинарий, но из фукусов (Fucus serrata). Добываю агар из водоросли Аnpheltia, получается 30 % на сухую очищенную водоросль; агар получается хорошо желатинирующий, так что уже 1 %-ный водный раствор дает студень консистенции вроде рыбного заливного, а 2%-ный — дов. плотный. Однако этот агар темноват, и я занялся вопросом об отбелке его. Думаю испытать и др. водоросли (напр. Desmorestia), за которыми можно подозревать агароносность.
1936.III.7 № 44
Работа моя идет в прежнем направлении, но осложняется вместе с расширением самых опытов. Мы переходим теперь уже к полупроизводственным опытам, рассчитывая на ежедневное получение 2 — 3 кг альгина и 2 кг агара. Такие количества продукции требуют переработки уже значительных масс сырья и больших бочек воды. Сырье с водою надо кипятить, фильтровать, вымораживать, оттаивать, выпаривать, сушить, и тут требуется внимание, аппаратура, хотя и простая, огромное количество различной посуды и т. д. Опытный характер этих процессов требует многочисленных взвешиваний, отмериваний, записей, расчетов, анализов. Каждая из отдельных операций сама по себе не представляет особых затруднений, но вместе, когда их много, когда они срочны и когда им подлежат большие количества вещества, становятся уже делом значительным. Кроме опытов веду лекции — по 3 двухчасовых лекции в неделю и 1 заседание БРИЗ'а (бюро изобретений). Как видишь, это уже почти кафедра, тем более, что приходится подбирать примеры, задачи и несколько обдумывать предстоящую беседу, со слушателями более или менее квалифицированными; Поэтому мои стихи совсем остановились, да и обстановка для них слишком неподходящая.
1936.II.10 № 48
Водоросли тут у меня валяются на полу, лежат над* потолком, на сетках, варятся, вымачиваются, обрабатываются всевозможными способами. Лежит около меня и гербарий — засушенные водоросли между листами бумаги. На стенах по лаборатории и в Кр. Уголке висят таблицы с водорослями, из них некоторые громадны, до 2 1\2 — 3 метров длиною. Это ламинарии, из подобных водорослей, но обычно экземпляров меньшего размера, добывается иод, альгин, маннит. В воздухе пахнет морским берегом. В чанах переливается вода, фурчит пар, из них валом валит пар. Мои помощники льют воду, рубят водоросли, разливают по формам агар, режут агаровый гель ломтями, выносят на мороз, потом оттаивают, бегают в нижний этаж, чтобы отнести «товар» в сушилку. Эта беготня, парной воздух, морской запах, чаны и все напоминает мне морское путешествие, словно я еду на пароходе.
1936.III.10 — 11. № 52
Начинаю с завтрашнего дня ряд лекций по технологии и химии водорослей на курсах Йодных Мастеров. Остальное идет своим порядком и нового сказать мне нечего. Разве только, что агар, получаемый нами, согласно нашим испытаниям оказался доброкачественным и превосходящим японский, а равняющимся по качеству американскому, если не выше его.
1936.III.24. № 53
Работы очень много, не поспеваю делать и части намеченного мною на день. К тому же оторванность от литературы, снабжения и людей весьма осложняет ход работы и делает коэффициент полезного действия очень малым. Припоминаешь ли «Таинственный Остров» Жюля Верна. Приходится работать именно так, т. е. все начинать сначала. Положим, мне потребовался железный купорос, взамен некоторых других продуктов, которых здесь нет. Но и железного купороса не оказывается, надо делать самому из железной стружки. Если бы дело шло о граммах, то это было бы ничего. Но когда надо производить 10 — 20 кг, т. е. открывать хотя и маленькое, но производство, то это уже сложно: нет посуды, негде расположиться с вонючими реакциями. И так — все: то нет ящика, то банки, то таза, то сковородки и т. д. Необходим вакуум, но нет насоса. Приходится думать как соорудить насос. Но для ртутного насоса (и ртути нет) нужен т. н. форвакуум, т. е. насос предварительной откачки. Его тоже нет, надо придумывать. Намечен паровой эжектор. Но нет пара достаточного давления, а для конструирования эжектора — нет литературы. Опять ищи выхода. Чтобы сделать шаг вперед, каждый раз приходится проходить все шаги, пройденные техникой и изобретать, как выйти из положения. А на это требуется время и силы. Конечно, совершенно естественно, что отдаленный Соловецкий архипелаг, лишенный сообщения с материком в течение 8 месяцев в году и к тому же вовсе не предназначенный для научно-технической работы, не обезпечивает всем необходимым для работы… приходится удивляться, когда все же что-то находится и когда удается выйти из затруднений сравнительно без больших усилий. Много значит в этом отношении малочисленность островного населения с вытекающим отсюда большим или меньшим знакомством каждого с каждым; благодаря этому знакомству (по здешнему это, на воровском языке, называется «блатом») удается узнать, что где имеется или что может итти в качестве заменителя чего-нибудь необходимого. Много значит также не формальное отношение к делу лагерного руководства, — что возможно и облегчено тою их* малочисленностью населения. Чувствуется хозяин, который может распорядиться и распоряжается по существу дела, если это действительно необходимо. В этом отношении обособленная жизнь на острове представляет преимущество пред материковой, где неизбежна меньшая концентрированность всего дела, а следовательно — и менее конкретное вникание в частности его.
1936.V.22. № 61
Я занимаюсь сейчас варкою агара из водоросли анфельция пликата. Был разработан процесс зимнего изготовления агара, с вымораживанием. Теперь надо придумать, как добывать агар летом, не имея холодильной машины. Не знаю, удасться ли, т. к. нигде за границей агар без вымораживания не получают. Т.е. получить его, конечно, можно, но трудно добиться светлого цвета и трудно просушить, чтобы выпустить как товар.
1936.VII.7 № 67
Все время идет расширение и углубление технологических процессов, некоторое оборудование водорослевого цеха, возростание количественных и качественных требований. При отсутствии здесь самых простых материалов и невозможности получить их с материка приходится изворачиваться и находить выходы из положения. Об оборудовании готовом и говорить не стоит, все строится руками наших рабочих из утиль-сырьевых отбросов и всякого хлама, но тем не менее, хоть и чрезвычайно медленно, что-то создается. Если припоминаешь «Таинственный остров» Жюля Верна, то можешь представить и способы нашей работы, с тою однако разницею, что на Таинственном острове появлялся, когда нужно, капитан Немо, а на Б. Соловецком его не видать. Впрочем, начался летний сезон, т. е. посещения начальства с материка и в связи с этим застой как будто собирается сдвинуться с места. Кажется можно считать решенным, что будет строиться большой Водорослевый Комбинат и, если да, то в скором времени, хотя в ближайшем — частично. Это сразу выведет всю работу на путь промышленный. 1 ? года длится инкубационный период, но конечно это время не пропало даром, а было употреблено на приобретение опыта и знаний. И теперь, вижу, я настолько увяз в водорослевое дело, что своей любимой мерзлоты уже не увижу.
1936.VII.28 — 29 № 70
Живу я в работе, пожалуй не попрежнему, т. к. количество дел возрастает в связи с расширением предметов внимания и ростом завода. Вот, еще прибавился новый круг для изучения и обдумывания — геология и минералогия. Предстоит новая экспедиция, на те же острова, для дальнейшего их изучения, взятия новых образцов и проч. Моя работа осложняется еще и тем, что я, по обыкновению, не могу и не хочу относиться к делу поверхностно и сам вовлекаю в круг изучения все новые проблемы, сверх выдвинутых ранее. Как, напр., изучая острова, не разсмотреть вопросов ботанических и в частности водорослевых? Как миновать геологическое прошлое изучаемой местности? Но против осложнения работы я и вообще-то никогда не возражал, а в настоящем положении особенно, т. к. работа есть единственное средство сохранять душевное равновесие и ясность. Кругом люди мечутся, изнывают, ноют, скучают, я же не испытываю подобных состояний, т. к. всегда занят.
1936.VIII.25. № 73
У всех особенно пришибленное настроение. И работа, хотя и поглощает все время, не идет бодро, а работы по существу очень много и она становится все более ответственной, по мере осуществления замыслов, когда-то, т. е. два года почти назад, казавшихся безконечно далекими от вхождения в жизнь. Мы делаем успехи, умом это сознается, но задачи настолько быстро выростают сами, что чувствуешь все время себя отстающим от хода потребностей. В виде примера успехов посылаю 2 пленки агар-агара, который начинаем выпускать именно пленочным — таким его еще не выпускают нигде, и в этом отношении мы обогнали заграничную практику.

Занят всегда, а результаты не соответствуют затрате усилий. Много внимания отнимает производство. Чуть предоставишь его своим помощникам рабочим, как произойдет что-либо неладное, а постоянный надзор требует пожалуй не столько времени, сколько заботы, и она мешает сосредоточиться на более непосредственном своем деле. Помогает мне молодежь. Обучаю их вести процесс, но он таков, что нужна и постоянная вдумчивость, а этого у большинства нет. При нежности водорослевых продуктов всякая оплошность ведет к порче товара. Приходится стоять над каждым гувернанткой. Впрочем, плохих работников у меня нет, разве только один, молодой художник, у которого в голове лишь живопись и который любит полениться. Мне трудно упрекать его, т. к. всякое дело помимо живописи он считает для себя ненужной обузой; а все таки приходится непрестанно журить его. Со всеми своими помощниками у меня отношения приятельские, так что на муштровку, кажется, обид нет.

1936.Х.II — 12 № 75
Живу более-менее по прежнему, т.е. в работе круглые сутки, лишь изредка бываю в природе. Кроме различных препятствий тут помеха в образованных при Иодпроме курсах мастеров — водорослевиков, едва ли ни первых и единственных в мире. Заведывая этими курсами и читая львиную часть лекций, я тем самым лишен возможности отлучиться на неск. дней из нашей Соловецкой столицы — Кремлевского лагпункта, а итти или ехать на командировки обыденкой безцельно, ничего не поспеешь сделать. Сейчас жду некот. перерыва своих лекций, чтобы предпринять путешествие по острову за образцами, наблюдениями и лекциями.
1936.ХI.29 — 30 № 78
Водолазов здесь нет, драгировка (ловля) водорослей производится с плоскодонной лодки — банды — при помощи драги (по японски канза). Это шест ок. 5 — 6 м длиною, снабженный на верхнем конце перекладиной-ручкой, а в нижнем — расширенной надставкой, на которой укреплены четыре отростка — как рога. Этими отростками зацепляют водоросль и затем накручивают ее на драгу, после чего водоросль можно вытаскивать. Но тащить приходится клубок водорослей вместе с камнями, к которым водоросли присосались, камни нередко 30 — 40 кг весом, и потому работать драгой не легко. Оторвать водоросли от камня руками невозможно, приходится обрезать ризоиды или ножку. У водорослей корней нет, а есть корневидные присоски, которыми она держится на камне, но не питается, питание же берет всею поверхностью своего тела (слоевища, или таллома) непосредственно из воды. Упругие, тугие, без каких-либо твердых частей, без волокон, словно сделанные из резины, стебли водорослей напоминают змей. И когда банду наполнят ламинариями, то сидишь в ней как в капустных листьях кишащих огромными змеями. На той глубине, с которой можно вручную драгировать водоросли, дно видно. Для взятия же водорослей с глубин больших 5 — 6 м, необходима механизированная драгировка, которая пока не осуществлена и вообще представляет большие трудности, вследствие каменистости дна. Но главная часть промышлен. водорослей получается не драгировкою, а — из выбросов. Если шторма дуют в благоприятном направлении, то в первый же прилив после их затихания на берег наносит множество водорослей, которые располагаются длинными, по неск. километров иногда, широкими (до 5 — 8 метров) валами, высотою 0,5 м. Отсюда водоросли «выносят». Выноска должна делаться быстро, т. к. водоросли может снова отнести в море или затянуть песком, а в теплое время они, кроме того, быстро загнивают. Вынесенные водоросли раскидываются на лугу или на кустах, если время сухое, для просушки, или же складываются в кучи для консервации, и тогда, обычно весною, пережигаются для получения золы. Пережог ведется либо в кострах, либо на особых печах, в зависимости от условий погоды и оборудования.

Я обложен со всех сторон желтоватыми свитками, словно хартиями на древнем пергаменте. Это — новая продукция — рулонный агар. В производстве агара самая трудная часть — высушить агаровый студень (в котором 9/10 или более воды), чтобы при этом агар не закис, не заплесневел и не получил неприятного темного и безформенного вида. Обычно для этой цели применяется предварительное вымораживание студня. Но, в виду отсутствия морозов и ненадежности их на Соловках, мы придумали новый способ сушки, на горячем барабане, который обмакивается нижнею частью в растопленный студень («бульон»), увлекает его при вращении и просушивает образовавшуюся пленку. После долгих неудачных попыток построить такой барабан собствен, средствами и почти без материалов, мы добились наконец успеха и теперь заваливаем мою лабораторию готовой продукцией, от которой все приходят в удовольствие.

1936.ХI.11 — 12 № 79
В связи с постепенным развертыванием завода в количествен, и в качественном отношении и, кроме того, завершением года, наши задачи становятся все сложнее, ответственнее и более трудоемки. В наших условиях отрезанности от внешнего мира доставать необходимые материалы и оборудование чрезвычайно затруднительно, приходится изворачиваться собственными средствами, т. е. не только продумывать основную линию, но и конструкцию аппаратуры и замену материалов, а затем разыскивать всякий хлам в утильсырье или изготовлять себе почти из ничего необходимые химикалии и установки.
1936.ХI.26 — 27 № 82
Среди прочих производственных и изследовательских дел у меня в последние дни завелось еще одно, наиболее боевое, поскольку оно особенно срочно: изготовить придуманные мною в сотрудничестве с другими работниками б. Биосада тепло- и звуко-изоляционные торфоплиты, в довольно большом количестве (больше сотни) и порядочного размера (50 х 50 см). Работа кипит, приходится одновременно и заготовлять оборудование (сушильные рамы), и материалы, готовить пластическую торфяную массу, прессовать и сушить плиты. В основном на них идет сфагновый мох или торф и отходы водорослевого производства, альгинат которых пропитывает торфяную массу. После замески торфяного теста оно прессуется под слабым давлением и в особых, придуманных мною, решетчатых формах сушится в сушилке. Получаются плиты, очень легкие (объемн. вес ок. 0,16), приятные на ощупь (вроде грубого картона), коричневато-серого цвета и обладающие тепло- и звуко-изоляционною способностью.
1936.ХII.23 № 85
Веду изследования связанные с развивающимся производством, изследования химико-технологического характера. Последний месяц много занимаемся водорослями и с ботанической стороны — изучал их строение под микроскопом, определял, насколько можно определять при нашем безлитературьи, гербаризировал, делал зарисовки микроскопических картин. Обдумываю один аппарат для непрерывного получения иода прямо из водорослей. Установил режим процесса отбелки агара и т. д. Собираю, опять таки насколько возможно в наших условиях, материалы по водорослям со всех точек зрения. Это нужно и для работ, и для чтения лекций на курсах Мастеров-Водорослевиков (вероятно, это первые в мире курсы с подобной специализацией) и, — тайная надежда, — для книги о водорослях, написать каковую можно было бы лишь много времени спустя, по завершении ряда изследований и получении литературы, для книги совершенно необходимой.
Страницы: 1 2 3
Solovki weather forecast Follow us on Facebook Solovki Passional