Кублановский
Юрий Михайлович

родился 30.04.1947 года в Рыбинске. Окончил исторический факультет МГУ, работал экскурсоводом и музейным работником на Соловках и в Кирилло-Белозерском монастыре. В 1982 года эмигрировал в Париж, где был членом редколлегии и составителем литературного раздела журнала "Вестник РХД". В 1990 вернулся в Россию, работает в журнале "Новый мир" зав.отделом публицистики (1995-2000) и с 2000 года зав.отделом поэзии. Живет в Москве.


Александр Солженицын: "Поэзия Юрия Кублановского - отличается верностью традициям русского стихосложения, ненавязчиво, с большим чувством меры обновленной метафоричностью - никогда не эксцентричной, всегда оправданной по сущности; и естественной упругости стиха, часто просящегося к перечитыванию и запоминанию".

Иосиф Бродский: "Это поэт, способный говорить о государственной истории как лирик и о личном смятении тоном гражданина"


Юрий Кублановский о своем
пребывании в Соловках: "...я, например, зимовал на Соловках только до марта, а в марте "бежал" на самолете в Архангельск..."

"Недавно я побывал на Соловках. Зимовал тут еще в начале 70-х. Тогда оставалось много примет ГУЛАГа. И подумать не мог, что на острове будет слышен благовест, что возродится монастырская жизнь. Сегодня там, где были лагерные душегубки и камеры, идут службы, восстанавливаются иконостасы. Обитель начинает жить — вот подлинное чудо. Разве тут нет повода для надежды?" ( Юрий Строганов. История народа принадлежит Поэту. Газета "Труд-7". 27.06.2005)

Соловки и Ферапонтово

"Кириллову с Ферапонтовым "повезло" — тут не было коммунистического концлагеря (правда, рядом — в Нило-Сорской пустыни — с тридцатых годов областной дурдом).

Соловки от крови заржавели
и Фавор на Анзере угас.
Что бы ветры белые ни пели,
страшен будет их рассказ
. Но не то в обители Кирилла:
серебрится каждая стена.
Чудотворца эиждущая сила
здесь не так осквернена.

( Из стихотворения Кублановского 1976 года )

"После реформ екатерининского времени, нанесших непоправимый удар монастырской жизни, Ферапонтов монастырь хиреет, редкие паломники оставили свои записки о нем... Паломники из "народа" шли на Соловки, на Валаам, в Саров — вологодские монастыри оставались на периферии религиозной жизни России. А интеллигенции, естественно, было не до того: революционная борьба, межеумочное просветительство и хандра "дяди Вани" отнимали все силы." ( Ю.Клубановский. Ферапонтово. Грани, 1983 ).






"Ученичеством у Пастернака веет от ...сборника, где собраны стихи 70-х годов... стихи дают представление о годах учения и о годах странствий поэта. География лирики той поры: Коктебель, Соловки, Средняя полоса. Эти циклы - и автобиография, и запечатленное время, и портрет литературного поколения, которое потом назовут "пропущенным"...
Николай Климонтович. Коммерсантъ-Daily (Москва). 07.12.1994



Волны падают стена за стеной...


 
Волны падают стена за стеной 
под полярной раскаленной луной. 
За вскипающею зыбью вдали 
близок край не ставшей отчей земли. 
Соловецкий островной карантин, 
где Флоренский добывал желатин 
В сальном ватнике на рыбьем меху 
в продуваемом ветрами цеху. 
Там на визг срываться чайкам легко, 
ибо, каркая, берут высоко, 
из-за пайки по-над массой морской 
искушающие крестной тоской. 
Все ничтожество усилий и дел 
Человеческих, включая расстрел. 
И отчаянные холод и мрак, 
пронизавшие завод и барак... 
Грех роптать, когда вдвойне повезло: 
ни застенка, ни войны. Только зло, 
причиненное в избытке отцу, 
больно хлещет и теперь по лицу. 
Преклонение, смятение и боль 
продолжая перемалывать в соль, 
в неуступчивой груди колотьба 
гонит в рай на дармовые хлеба. 
Распахну окно, за рамы держась, 
крикну: "Отче!" - и замру, торопясь 
сосчитать как много минет в ответ 
световых непродолжительных лет. 
А иногда он, напротив, проливается 
тихим, согревающим душу светом: 
Вмещает и даль с васильками и рожью, 
и рощу с пыльцой позолот 
тот - с самою кроткою Матерью Божьей 
родительский тусклый киот.
Соловки от крови заржавели...


"У Кублановского дух поэзии почти всегда интимно связан с русским православием: 
		
		
Соловки от крови заржавели,
И Фавор на Анзере погас.
Что бы ветры белые ни пели,
Страшен будет их рассказ.


Но не то – в обители Кирилла:
Серебрится каждая стена,
Чудотворца зиждущая сила
Тут не так осквернена...
Это сравнение Соловков и Кирилло-Белозерска, но это еще и поиск поэтического воздуха. Того, которым может дышать Кублановский...

В моем представлении образ Кублановского раздваивается от великолепного стихотворца, несомненного мастера и даже в некотором роде стихотворного аристократа до смиренника, послушника, сторожа или служки в поэтическом храме, где ему любовно знакома каждая мелочь, где он может передвигаться в темноте с закрытыми глазами и никогда не оступится. И странно: эти образы каким-то чудом не противоречат".

( Павел Басинский. Литературная Газета. №19, 27.04.2003 г. )