Леонид Леонов: Визит в Соловки певца русского леса

Бывший соловецкий экскурсовод о скотском отношении властей к соловчанам

Вот что рассказывает Юрий Чебанюк, бывший соловецкий экскурсовод ("Век". Москва. 28.04.2000):

"Запомнился приезд депутата Верховного Совета СССР, писателя Леонида Леонова. Для того, чтобы доставить его на Соловки, был снят с постоянных рейсов пароход "Лермонтов", который осуществлял связь островов с карельским берегом: в результате сотням туристов, попадавшим к нам через Кемь, пришлось потомиться в ожидании. Для Леонова на пароходе был устроен обед, который вспоминается как нечто невероятное по тем временам: высокосортный коньяк, семга, наваристая уха, плачущая собственным жиром соловецкая селедочка.

"Певец русского леса" пил, ел да нахваливал. А поскольку именно мне выпало знакомить писателя с прошлым и настоящим островов, то в конце я попросил его выступить все же в защиту Соловков.
- Ну что я могу сделать, что?! - отвечал он со слезой в голосе.
- Написал вот в "Правду" статью об отношении к культурному наследию, так не печатают!
С тем и уехал."

И так было всегда.

Орлы не стареют: распевки о горном орле

"Ярким лирическим произведением, в котором сделана попытка показать в широкой исторической перспективе значение Сталина для советского народа, является "Слово о первом депутате", написанное Л.Леоновым в связи с выборами в Верховный Совет СССР в 1946 году. Жизнь Сталина, говорит Леонов, - это "прежде всего книга титанического труда". Писатель повествует о том, как товарищ Сталин продолжал дело Ленина, как вел он наш государственный корабль в годы пяти четок, мудро и предусмотрительно выковывал индустриальную мощь страны и как в суровую годину Великой Отечественной воины он стал "самым передовым солдатом в самой передовой цепи".

Слово писателя приобретает особенную лирическую силу и глубину, когда он говорит о том, с какой любовью всматривается наш народ в дорогие черты Сталина. Все советские люди могут сказать вместе с Леоновым: "...мы спокойны за будущее своей страны и своего вождя. Орлы не стареют, нет таких песен на свете про старость горного орла! С годами лишь уверенней опирается о ветер его широкое крыло. И чем сильнее задувает встречная буря, тем стремительней ввысь подымается орлиная стая вслед за своим вожаком".

Сочетание в Сталине простоты, внешней "обыкновенности" с колоссальностью гения, олицетворяющего величие и мощь всего советского народа, прекрасно показал Л. Леонов в заключительной сцене пьесы "Нашествие" (1942). В этой сцене с потрясающей драматической силой показаны постоянная взаимосвязь вождя и народа и безграничная вера советских людей в Сталина." (Черемин Георгий. Образ И.В.Сталина в советской художественной литературе. Типография газеты "Правда" имени Сталина. М., 1950)

Слово нестареющего орла
к прошвыривающейся молодежи

"Было бы поучительно и занимательно провести на ходу беглую викторину среди подростков, собирающихся у вечерних кафе перед тем, как прошвырнуться под транзистор по местному проспекту, — знают ли они, скорые наследники и отрада наших стареющих меркнущих очей, что, к примеру, упоминавшийся в старых книгах Калита не имеет никакого отношения к проходному устройству в заборах, а Пересвет и Ослябя не являются техническими терминами в смысле неправильной фотоэкспозиции, а Россия — это не только кино на Пушкинской. Известно ли подрастающим деткам, что печально ославленные как притоны разврата и порабощения древние наши лавры и монастыри: Валаам и Соловки... были в старину боевыми и культурными форпостами русской государственности, так что сияние золота на куполах и звон колокольный звали предков наших к деяниям, в некоторой степени и обеспечившим их нынешнее благоденствие?" (Леонид Леонов. Раздумья у старого камня. Москва, 1968.)

Соловецкая судьба неудобного человека

"Когда тем летом на Соловки с большой помпой прибыл депутат Верховного Совета СССР, писатель Леонид Максимович Леонов, то в качестве специального экскурсовода к «певцу русского леса» приставили именно Юрия Чебанюка.

Он и вообще-то был ходячей энциклопедией... И хоть совсем недолго довелось ему поработать здесь, — тем более приятно было через много лет прочесть в номере «Соловецкого вестника», посвященного 25-летнему юбилею музея, в статье его директора Людмилы Васильевны Лопаткиной: «Многим гостям Соловков, наверное, и до сих пор помнятся яркие, увлекательные экскурсии Л. Садовской, Ю. Чебанюка, А. Осиповича и других…»

Но это будет потом. А тогда, в 1969-м ни директор Архангельского областного краеведческого музея, ни та же Лопаткина, только что назначенная заведовать Соловецким филиалом, не могли объяснить причину, по которой Чебанюка упорно не хотят зачислять в штат… На то вакантное место научного сотрудника взяли молодую местную жительницу, отчисленную из Московского мединститута, а Юра, с его университетским дипломом, по-прежнему работал временно, за крошечную зарплату музейного смотрителя... Как все они там существовали, чем свой дух поддерживали?! Ну, молоко на всю коммуну брали у кого-то по дешевке; вечерами собирались к горячему самовару на ритуальное чаепитие с тем, что Бог пошлет; Юра Чебанюк поставлял к общему столу грибы — всю жизнь они сами к нему навстречу выходили...

...Чебанюка, например, в конечном счете подвела им же самим затеянная и подготовленная экскурсия на его любимый Большой Заяцкий остров. «Там я много разглагольствовал о гибели от голода нескольких сотен старообрядцев. И какой-то доброхот написал единственный донос за всё лето… Приехав жить на Соловки «всерьёз и надолго», я никак не соглашался с тем, что скоро придется их покидать. Договорился с директором местной средней школы и пошел преподавать туда русский язык и литературу. Через два месяца я был уволен по странному звонку из облоно. Поскольку идти в ассенизаторы — единственное место, оставшееся незанятым, — у меня не хватило юмора, я вынужден был покинуть Соловки". (Мельницкая Лидия. Давняя песня в нашей судьбе. Часть 2. Альманах «Соловецкое море». Соловки. №1. 2002)