Книга 9, Глава 1.
ЛЮДИ
СОЛОВЕЦКИХ ОСТРОВОВ
Исторические личности, побывавшие на Соловках и выдающиеся люди Соловков, России и мира.
"Пётр – это вся Россия: её плоть и дух, характер и гений,
воплощение всех её добродетелей и пороков..."
Ключевский Василий
Ключевский о Соловецком монастыре и о Соловках в "Курсе русской истории"
 |
Ключевский Василий Осипович ученый-историк (16.01.1841-12.05.1911) Cын сельского священника Пензенской епархии. Окончил пензенское духовное училище и пензенскую духовную семинарию. В 1861 г. поступил на историко-филологический факультет Московского университета. Работа над магистерской диссертацией позволила Ключевскому изучмть ряд важнейших тем по истории церкви и русской религиозной мысли. Он написал крупные статьи - "Хозяй-ственная деятельность Соловецкого монастыря", "Содействие церкви успехам русского гражданского порядка и права", "Значение преподобного Сергия Радонежского для русского народа и государства" и др. В 1899 г. Ключевский издал "Краткое пособие по Русской истории" как "частное издание для слушателей автора", а в 1904 г. приступил к изданию полного курса русской истории. Всего вышло 4 тома (до времени Екатерины II). • Василий Ключевский о роли Соловецкого монастыря в продвижении православия на север России. • ...о восстании монахов Соловецкого монастыря в 1668-1697 годах. |
||
Соловки и остальной Мир
Люди в Соловках
 Выдающиеся личностиЗнаменитости и "звезды"Люди, помогавшие СоловкамVIP-персоны в СоловкахПростые люди. НародПобратимы и друзьяСоловецкие женщины Герои СССР с Соловков Петр I привез на Соловки храм История строительства царем часовни и основание Свято-Андреевской (Заяцкой) пустыни Лужков привез на Соловки жену История прибытия на Соловков мэра Лужкова и его семейства • Соловецкий мартиролог. Поименный список жертв красного СЛОНа. |
"Ключевский - сын священника, знавший народный быт, шесть лет (1865-1871) он работал над архивами Соловецкого монастыря и - совсем в духе времени - был настроен весьма "позитивистски". Боков Николай. "La Revue russe". NN 14, 15. Paris.
Institut d'Etudes Slaves. "Русская мысль", Париж. 20.01.2000
Кормы в Соловецком монастыре
"...земельный вклад по душе обыкновенно соединялся с условием,
чтобы монастырь, т. е. его правление, ежегодно устроял братии корм в память того, по чьей душе делался вклад,
иногда два корма, в день ангела и в день памяти, кончины вкладчика. Корм входил в состав церковного
поминовения. Различали кормы большие, средние и малые; все они были расценены, подобно записи, в разные синодики...
К кормовым монастырским дням надобно еще прибавить праздники господские, богородичные и "великих святых", которых числилось в году до 40, когда братия также получала усиленный стол. Корм тем и отличался от вседневного, будничного продовольствия братии, что улучшалось качество пищи и увеличивалось количество "еств", блюд: вместо черного хлеба подавали белый пшеничный, еств было за обедом не 2 или 3, а 4, "ели дважды днем с рыбою", пили квас медвяной или сыченый, а не "простой братский" и т. п. В монастырях велись особые кормовые книги, где перечислялись дни кормов заупокойных и праздничных, иногда с описанием состава усиленного стола и с указанием, по каком вкладчике полагается заупокойный корм в известное число. В рукописной кормовой книге Соловецкого монастыря, относящейся ко времени царя Алексея, кормовых заупокойных и праздничных дней значится 191, больше половины года. Вообще столовый обиход в землевладельческих монастырях был разработан особенно тщательно. В уставах о трапезах Троицкого Сергиева и Тихвинского монастырей конца XVI в. сделана подробная поденная роспись на весь год, что есть и пить монахам за обедом и ужином; здесь обозначено до 36 разных еств, горячих и холодных, мучных, рыбных и других, из напитков - квасы, меды, пиво сыченое, вино" (Василий Ключевский. Курс русской истории. Лекция 35.). Повинности, которые взимал монастырь
"Еще труднее взвесить тяжесть повинностей, лежавших на тяглом крестьянском участке. Главное затруднение состоит
в их сложности: участок нес на себе государево тягло деньгами, натурой и трудом, потом платил владельцу оброк
денежный и хлебный и разные мелкие дополнительные поборы яйцами, курами, сырами, овчинами и т.п. и, наконец,
делал господское изделье.
Уставная грамота Соловецкого монастыря крестьянам одного из его сел объясняет, из каких работ состояло это изделье: крестьяне пахали и засевали монастырскую пашню, чинили монастырский двор и гумно, ставили новые хоромы вместо обветшалых, возили дрова и лучину на монастырский двор, ставили подводы, чтобы везти монастырский хлеб в Вологду, а оттуда привозить соль. Если хлебный оброк еще можно кое-как, с некоторой степенью точности, переложить на наши деньги, то эти издельные повинности и дополнительные поборы натурой не поддаются даже приблизительному учету" (Василий Ключевский. Курс русской истории. Лекция 36.) . Русским иностранная наука была не нужна:
Так почувствовалась московским обществом потребность в книжном знании, в научном образовании, и посеяны
были зачатки школьного обучения, как необходимого средства для приобретения такого образования. Эта потребность
поддерживалась все учащавшимися сношениями с западными государствами, заставлявшими московскую дипломатию изучать
их положение и взаимные отношения. Восточные греческие иерархи давно не раз указывали московским царям на необходимость завести в Москве греческую школу и
типографию. Из Москвы искали и просили, с Востока предлагали и присылали учителей для этой школы; но дело все
как-то не удавалось... В 1632 г. приехал от александрийского патриарха монах Иосиф. Его убедили остаться в Москве
и поручили ему переводить на славянский язык греческие полемические книги против латинских ересей,
а также на "учительном дворе учить малых робят греческому языку и грамоте". Дело не пошло за скорой смертью Иосифа
однако мысль основать в Москве учебное заведение, которое служило бы рассадником просвещения для всего
православного Востока, не была покинута ни в Москве, ни на Востоке.
первые учителя умирали или ссылались в Соловки Близ патриаршего двора (в Чудовом монастыре) учредили греко-латинскую школу, которой управлял грек Арсений, а этот грек приехал в Москву в 1649 г., но скоро был сослан по подозрению в неправоверии на Соловки. С его учениками обошлись мягче. "Потребность в новой науке... встретилась в московском обществе с укоренившейся здесь веками неодолимой антипатией и подозрительностью ко всему, что шло с католического и протестантского Запада. Едва московское общество отведало плодов этой науки, как им уже начинает овладевать тяжелое раздумье, безопасна ли она, не повредит ли чистоте веры и нравов... До нас дошел отрывок одного следственного дела, производившегося в 1650 г. В деле выступает все учащаяся московская молодежь. "Вот учится у киевлян, - толковали они, - Ф. Ртищев греческой грамоте, а в той грамоте и еретичество есть". Алябьев показывал на допросе, что, когда жил в Москве старец Арсений-грек, он, Степан, хотел было у него поучиться по-латыни, а как того старца сослали на Соловки, он, Степан, учиться перестал и азбуку изодрал, потому что начали ему говорить его родные да Лучка Голосов с Ивашкой Засецким: "Перестань учиться по-латыни, дурно это, а какое дурно, того не сказали". Западнобоязнь, "латинобоязнь" и стала одним из камней преткновения, повлекших церковный и гражданский раскол. "...ближайшими сотрудниками Никона и проводниками его церковных нововведений были южнорусские ученые, о которых знали в Москве, что они тесно соприкасались с польским католическим миром, или такие греки, как помянутый Арсений, бродяга-перекрест, бывший католик и по слухам даже басурман, доверенный книжный справщик Никона, вывезенный им из Соловецкого исправительного подначала, "ссыльный чернец темных римских отступлений", как о нем тогда отзывались. Притом введение церковных новшеств сопровождалось резкими попреками со стороны приезжих малороссов и греков, направленными против великороссов. Киевский монах, хохол, "нехай", как тогда говорили, на каждом шагу колол глаза великорусскому обществу, особенно духовенству, злорадно коря его в невежестве, без умолку твердя о его незнакомстве с грамматикой, риторикой и другими школьными науками." (Василий Ключевский. Курс русской истории. Лекция 53-55.) |
||
 |
|
|
|