Стр. 1, 2, 3, 4

Первые узники - первые побеги

Бежали заключенные из Соловецких лагерей устремлялись к финской границе

Первый побег. По-видимому, самым первым побегом из Соловецкой тюрьмы, сведения о котором мы имеем, стал побег в Литву старца Артемия. "В 1553-1554 годах в Москве состоялся судебный церковный процесс по делу реформаторов-еретиков. Следствие привело на скамью подсудимых старца Артемия. Феодорит, вызванный в суд в качестве свидетеля обвинения, наотрез отказался выступить против своего товарища и произнес речь в его защиту. По соборному приговору старец Артемий был сослан "в вечное заточение" в Соловецкий монастырь. Но вскоре узнику удалось бежать, и в 1555 году он объявился в Великом княжестве Литовском, где вместе с Курбским стал одним из ревностных защитников православия в борьбе с католицизмом и протестантством. Бежать из соловецкой тюрьмы без посторонней помощи невозможно. Курбский и Артемий, опасаясь за этих помощников, хранят полное молчание относительно обстоятельств побега. Остается только догадываться, помогали ли Артемию друзья соловецкого монаха Феодорита или он нашел поддержку у других единомышленников". (В.Калугин "Просветитель русского Севера" // Московский журнал № 5, май 2001)

• Подробно о соловецкой судьбе старца Артемия...

Второй побег. В 1692 г. в "земляной тюрьме" Соловков оказался некий Михаил Амирев. Он был обвинен в "великих непристойных словах". Через год его выпустили из тюрьмы и постригли и под именем монаха Моисея. Амирев стал нарядчиком на монастырских работах и получил возможность быть с местными рыболовами и крестьянами. Скорее всего он сумел уговорить кого-то из них ему помочь, и в 1700 г. Амирев с Соловецких островов бежал. Амирева отыскать не удалось - долгие и масштабные поиски результата не принесли. Это был второй удачный побег из соловецкой тюрьмы, хотя на момент бегства Михаил Амирев уже не был тюремным заключенным.

Портрет соловецкого беглого 1690 года

"...рассказывал крестьянин Терентий Артемьев из Шуйского погоста Мунозерской волости: "Приходил в нашу деревню Ек-наволок к сестре своей в гости той же волости крестьянин Митрошка Терентьев и, призвавши меня, начал подговаривать в раскол на леса за Онежское озеро. Я его послушал и с ним в раскол пошел... и пришли мы... до Верхнего Выга-реки дикими лесами болотами и дрябями пешею дорогою 15 верст, а на лошадях проехать нельзя. Подле той реки построено келей с десять, живут в них начальник раскольнический, беглый соловецкий чернец Корнышка (Корнилий) с товарищами и советниками своими; ростом он, чернец, невелик, седат и стар; в сборе у него раскольников из разных городов и мест, мужеского пола, женок, девок и старин человек со сто. Кельи стоят подле Выга-реки врознь, между иными кельями расстояния полверсты и больше; да на реке против тех келий построена мельница; ружья никакого мелкого и припасов в тех кельях нет, а только у них построены малые хороминки на столбах и в них держат хлеб, а пашут они без лошадей и землю размягчают железными кокотами. При мне приходили к чернецу из иных келий на исповедь, и он их исповедовал и причащал, а как он причастье строил, я видел: взяв ягоды брусники и муку белую ржаную или пшеничную, смешав вместе, и тем их причащал..." (Сергей Соловьев. История России с древнейших времен. Т.14, Гл.2 "Падение Софии. Деятельность царя Петра до первого Азовского похода").

С Соловков бежали всегда

Георгий Фруменков в книге "Соловецкий монастырь и оборона Беломорья" (Северо-Западное книжное издательство. 1975 г.) приводит любопытные строки из царских указов о статусе и обязанностях военного гарнизона Соловков.

Указы 1764 и 1781 годов сохранили старый порядок комплектования войска и их обязанности: "...часть личного состава (28 человек), поступившего под начальство офицера, охраняла ссыльных и заключенных ... часть содержала караулы в самом монастыре при Святых, Никольских, Архангельских и Рыбных воротах, при пороховой, ружейной, рианой и прочих кладовых палатах да в Сумском остроге и в Кемском городке сторожила такие же пороховые, ружейные и хлебные магаэины. Отдельные солдаты охраняли присылаемых ... арестантов до открытия навигации... доставляли их на остров, использовались "для поимки какого нечаянно случающегося тех ссылочных людей побегу"..."

История побегов с Соловков: первые узники - первые побеги | Наказание за побег | Удачные побеги из советских Соловков | Неудачные побеги

Местное население помогало чекистам ловить беглых соловецких узников

Варшавская газета "Экспресс Поранный" от 12 мая 1929 года в статье "Ужасы соловецкой каторги" печатает рассказ польского подданного Билласа, пять лет проведшего в тюрьмах на Соловецких островах. Биллас рассказываето мерах, которые предпринимает советская власть для предупреждения побегов заключенных. Отчаяние заставляет постоянно делать попытки к побегам. Чекисты несут свою службу плохо, часто напиваются и поэтому пройти их посты не так трудно. Дело в том, что уцелевшее на островах местное население влачит полуголодное существование, и поэтому аккуратно выплачиваемые администрацией тюрьмы пять пудов пшеничной муки за каждого пойманного беглеца и два пуда ржаной за труп бежавшего - многих соблазняют. Крестьяне-поселенцы часто организовывают настоящие охоты в окрестных лесах за беглецами, "за мукой", по местной терминологии.
(Цит. по материалам газеты "Возрождение" (Париж), опубликованных в газете "Iностранец". Москва. 12.05.1999)