Павел Флоренский о Соловках
Описание архипелага
Строения и лабиринты
Флора на Соловецких островах
Письма Флоренского о фауне
Морская флора и фауна
Флоренский о птицах
Науки в концлагере нет
Иод Соловков и Иодпром СЛОНа
Кемь, Кемперлаг и Попов остров
Переписка заключенных
Посылки и переводы в СЛОН
Свидания зэков СЛОНа
Солтеатр
Нравы и "законы" СЛОНа
Питание зэков в СЛОНе
Музей красного СЛОНа
Работа в лагере
Описание экспедиций
Флоренский не любил Соловки
Душевное состояние заключенных
Впечатления. Мысли о разном

Справка: в лагере ведет к.-революционную деятельность восхваляя врага народа Троцкого...
Павел Флоренский на Соловках (1)
Павел Флоренский на Соловках (2)
Йод о.Павла и потомки-плагиаторы
Соловецкая трагедия История концлагеря Разное о СЛОНе Заключенные Соловков Палачи, ВЧК-НКВД... Черная Книга СЛОНа Соловецкие расстрелы Интернациональные Соловки Избранное о красном СЛОНе
Колонка редактора
В настоящей главе мы представляем Вашему вниманию краткие выдержки из писем Павла Александровича Флоренского. Находясь в Соловецком лагере о. Павел написал более 100 писем в основном адресованных матери, жене и детям, из которых 93 сохранились и опубликованы. Эти письма являются уникальным образцом эпистолярного жанра. Можно утверждать, что "Письма с Соловков" представляют собой единое произведение, что говорит об удивительной цельности личности П. Флоренского...      читать дальше...

"В советский период монастырь был обращен в лагерь строгого режима, где в невыносимых условиях содержались узники. Многие из них окончили там свои дни, в том числе и лучшие представители православного духовенства. На Соловках был расстрелян ученый-богослов отец Павел Флоренский. В Соловецком лагере отбывал срок заключения академик Д.С.Лихачев". (Асеф Джафарли. Особенность Соловецкой охоты. Журнал "Культура". Москва. 16.04.1998)

Страницы: 1 2

Павел Флоренский

Павел Флоренский на Соловецких островах. СЛОН, ГУЛАГ
1936.V.22. № 61
…хочу описать тебе путешествие по острову, совершенное мною 20 и 21, за 27 км от Кремля. Как видишь, Б. Соловецкий остров настолько велик, что можно проходить по нему такие разстояния, и не по береговой линии, а по самому острову, на 23 км (4 по морю). Общее впечатление от острова—большой благоустроенности, которую трудно себе представить в Москве, если учитывать отдаленность острова у Полярного круга. Везде дороги, канальная система сообщения между озерами, плотины; время от времени командировки (б. скиты), часовни, разные служебные стройки—все добротное и солидное. В местных постройках обращают внимание подъезды ко вторым этажам зданий складского назначения. Насколько знаю, эти подъезды—северного изобретения, мне же пришлось их впервые видеть на Соловках. На одной из командировок, где скотоводческая ферма, я сидел в ожидании пока кормили Геркулеса—коня, который вез груз. Передо мною на горизонте высилась т. н. Секирная гора (на самом деле конечно не гора, а холм—оконечность оза). Зазвонили в колокол. Выгнали бычков и телок. Все они— комбинации черной и белой масти, начиная от совсем белых до совсем черных, большинство пегие. Все породисты. Площадь, окруженная постройками, чисто выметена. Все залито солнцем. Весна этого года солнечная, тепло, я хожу в рубашке, хотя про запас по местному климату на возу держу полушубок.

Экспедиции

—Поверхность острова неровная, вся в озах и моренах, между неровностями безчисленные озера. В солнечную погоду озера темносини. То справа, то слева от дороги, а то и по обе стороны сразу, открываются новые озера. Иногда видна синяя же поверхность губы—губами называются глубокие, почти замкнутые бухты, похожие на озера, но соленые. Весь остров представляет сплошь остатки ледника: валуны, валуны, валуны, без конца валуны всех размеров—из гранита, гнейса и др. кристаллических пород. Как будто сверху выбросили гигантское лукошко с картофелем и засыпали всю поверхность этими гигантскими картофелинами. Местами озы обнажены, и видишь что они сложены валунами, пересыпанными песком, или же состоят из ледникового песка. Представь себе вал, тянущийся на километры и высотою 100 м, напр., состоящий из валунов и песку, поросший сверху лесом и травою. За ним другой вал, третий, и так без конца. Ледниковые образования под Москвою в виде редких валунов и ледникового песка и глины не производят впечатления убеждающего: все кажется, что ледниковое их происхождение м. б. есть выдумка. Тут же воочию видишь и ощущаешь как отступающий ледник оставлял за собою притащенные им груды камней и сомнений в их генезисе не возникает. Если бы был один оз и десятки валунов, то вероятно оставалось бы опять неубедительным, как именно они произошли. Но вместе взятые они поражают своею грандиозностью. Валунами засыпан и берег моря и самое море. Из воды торчат отдельные камни, местами виднеются луды, т. е. отмели из валунов и песка; некоторые обнажаются только во время отлива.

—Мы шли к северо-западному берегу. Достойно внимания, что именно эта часть острова покрыта хорошей растительностью, тогда как юго-восточная болотиста и представляет лесотундру, с чахлыми лесными насаждениями. Там же, где были мы, стоят стройные высокие березы и высятся крупные ели, тем более замечательные, что рост деревьев здесь очень медленный, годичные слои тонки и требуются столетия, чтобы получилось толстое высокое дерево. В лесу лежал местами снег. Сильная растительность в северной части острова объясняется, как думают, теплым течением, входящим чрез горловину Белого моря. Считают это течение отрогом Гольфстрима (надо говорить Гольфстрим, а не Гольфштрем), хотя Шокальский и отрицает заход Гольфстрима в Белое море.

—С берега на меня пахнуло детскими впечатлениями. Морской ветер, поверхность голубая, вдали высится массивом о. Анзер. Берег низкий, далее первая терасса подымается лишь на 1—11/2 м. На ней лес. Итти приходится у самой воды, точнее не итти, а прыгать с камня на камень, т. к. берег заболочен или просто мокр. Между камнями либо грязь от перепревших водорослей, либо песок. За полосой валунов идет полоса песка или болотца. Эта полоса сплошь покрыта баланами, т. е. бревнами от разбитых плотов или м. б. барок, выброшенными на берег. Соловки, можно сказать, живут этими баланами, и все таки запасы их огромны. Видно их наносит на берег течением. Некоторые участки берега, валуны, песок, грязь желто-ржавого иди буро-ржавого цвета—покрыта пленкою окислов железа от источников, впадающих в море. Вот загадка. Безчисленные озера Соловков — ледникового происхождения. Прошло много тысяч лет, как вода из них стекает в море, а они не изсякают, хотя и не получают видимых притоков. Чем питаются эти озера? Ведь почвенные воды Соловков, при песчанном составе грунта, должны были бы быть солеными, вода же в озерах не только пресная, но исключительно пресная, почти дестиллированная.

—Над морем вьются и кричат птицы. Один из моих помощников по работе видел накануне нашего прихода крупного морского зайца на отмели, совсем близко. Говорят, их очень много там. В лесу еще сохранилась брусника, а по болотам — земляника. Проходя мимо я набрал горсть брусничных ягод, они после морозов стали совсем вкусными, но набрать больше не было времени. На песке разбросаны ракушки, однако очень однообразные, вроде беззубки (анодонта), но прочные, перламутровые внутри, а снаружи покрыты как бы коричнево-красным лаком. Когда он со временем слезает, то обнаруживается красивая сиреневая поверхность, очевидно окраска от пурпура древних, который добывался из раковины murех и применялся для окрашивания драгоценных тканей.

—Изредка попадается панцырь морского рака, оранжево-красный. На песке многочисленные конусы, вроде вулканических конусов с кратерами, высотою примерно до 7 см. Из этого кратера выходят, обвивая конус червеобразные образования, состоящие из песка. Конусы эти—жилища морских червей, а песочные образования—продукты их переваривания. Очевидно черви пропускают чрез себя песок, чтобы усвоить органические вещества, в нем содержащиеся. До сих пор я не написал о водорослях, хотя именно они и были целью путешествия. Надо было выяснить, каковы запасы анфельции, идущей на агар, в каком состоянии эта водоросль, как ее собирать и прочее. Вдоль всего берега простирается полоса выброшенных штормами водорослей. Это вал, местами в 50— 70 см ширины, местами же распространяющийся на несколько метров. Вал представляет смесь различных водорослей, много фукусов разных видов (наши рабочие называют их «фокусами»), ламинарий и разных других. В этих водорослях запутана и анфельция, так что ее приходится выбирать оттуда. Работа эта не трудная, но кропотливая, и рабочие, которые посильнее и любят работать с налету, как они говорят «аккордно», ворчат, что это работа «бабская». В некоторых местах анфельция разбросана самостоятельно, отдельными кустиками. В то время как прочие водоросли выбрасываются штормами, анфельция выносится приливом. В отлив ее надо брать, т. к. иначе, при при * следующем приливе, ее занесет песком, и тогда найти ее уже труднее, да и от песка отряхать ее—лишняя работа. Есть места, где приливом многие годы наносило водоросли, которые тут же перепревали. Там образовалась топкая жижа, пахнет сероводородом. Стекающие из подобных мес[т] источники наверное иодоносны, но пока испытаний не удалось провести. Красивое зрелище—эта полоса выбросов. Море голубое, а она разных тонов около коричневого-желтых, бурых, коричнево-зеленых, коричнево-фиолетовых, местами розовых и красных.

1936.VI.24 № 65
Несколько дней тому назад я вернулся из небольшой по общечеловеческим и большой по соловецким масштабам экспедиции: прошел-проехал с нашей, южной части Б. Соловецкого о-ва по восточной его стороне на северный берег и вернулся по западной обратно, так что составил себе некоторое поверхностное впечатление о геол. строении всей нашей земли. В сев. части рельеф выражен резче, чем в южной. Дорога идет упругими волнами, словно слегка растревоженная поверхность океана, а на севере—многочисленные каменные гряды, т. н. озы, ледникового происхождения. Хотя к ледниковым наносам я и не питаю склонности, но они здесь представлены так ярко и, для ледниковых образований, так величественно, что вызывают чувство удовлетворения. Пейзаж здесь очень красивый—клад для художника. Безчисленные озера, на солнце индиговых тонов, зелень, которая все покрывает и свежа, как нигде, море принимающее самые необыкновенные оттенки— розовый, пурпурный, индиговый, серовато-голубой, необыкновенные формы и цвета облаков и самое небо—все это вместе замечательно красиво. Однако, несмотря на насыщенность пейзажа красками, даже в солнечное, можно сказать совсем не соловецкое, лето, он все же остается призрачным, словно сон или туманное воспоминание чего-то виденного ранее. Это акварельный пейзаж, и глядя на него никогда не получаешь чувства уверенности в действительном существовании воспринимаемого.
Страницы: 1 2
Solovki weather forecast Follow us on Facebook Solovki Passional