Соловки Энциклопедия

Соловки

Красота и кощунство
Слились здесь воедино
В волнах Белого моря
И Голгофской тропы,
Холод льдин одиноких
Душа поглотила,
Приютившись навеки
Под камнем
            Секирной горы.
Высота и ничтожность
Смешались с трясиной,
Засосав сотни жизней
            людских
И безмолвие башен
Взывает о правде
В отражении вод
            голубых.
И туманом укрылись
Эти мрачные стены
Каждый день хоронясь
            от стыда
За людскую жестокость
Затоптанной веры,
За несмытую грязь греха.

2.

Затерянный,
            забытый край
заснул ты в плотном
            северном тумане
Молчанием от мира огражден,
хранишь ты чистоту
затоптанной души -
ко свету
            рвущейся, -
                        навеки
привязанной
            к Голгофскому
                        кресту...
Багровыми кусками
пылает небо на рассвете
и разрезая тишину
            звонят колокола
Взывая к Богу...

3.

Заключенного песня застряла
   в зеленой трясине
            соловецких просторов -
                        свободу за глотку терзая..

Безысходности крик
   растворился в долине
            соловецких холмов -
                        судьбу свою проклиная...

И возможно сюда
   Бог совсем не взглянул
            соловецких небес -
                        избегая...

Только души заблудших
   всё вернуться хотят
            круг Полярный
                        собой замыкая...	

4.

Cоловков безграничное небо
Где-то закончилось все же
Может быть там, на Секирной,
Иль на межи нехожей.
Может быть, в крике последнем
Злобно растрелянной чайки -
Мирно свободу искавшей,
Или в предсмертной молитве
Женщины, все потерявшей...
Или в телах замерзших
Тех, кто судьбе покорился...
Гложет сознанье холод
Снова туман спустился. 

5.

Здесь желтый песок перемешан
С пепельным прахом былого,

Здесь бесконечное море
Смывает границы земного,

Здесь парадоксы России
Стерты в едину стихию,

Здесь чистый свет зарницы
Приветствует жизнь иную.

6.

Расстрельная дорога
            мимо женбарака
Ведет куда-то
            в необъятность смерти
И режет слух
            железный стон
глухого страха.

            Здесь все срослось –
            Земля и море
            И свет и чернота
            И ночь и день...

И к храму оскверненному
            зимой, по снегу
Гонит раздетых
            узников конвой
И гложет мозг
            могильный плач
толпы еще живой...
	
            Здесь хоронили стоя,
            чтобы все вместились
            Без имени, без права,
            Без вины...

Над сыном человеческим глумились,
            приказы исполняя -
Или хоронишь ты –
            иль хоронят тебя...
И скрежет памяти, не затихая,
            все будоражит
Небо над собой
            - скорбя...

7.

Вот – 365
            крутых ступеней
Как дни в году –
            спускают в пропасть
Тех узников,
            привязанных к бревну,
И смерть – 
            лишь облегченье
безысходных жизней.

Вот – 365
            крутых степеней
Как лестница на небо –
            усмиряя плоть,
Освобождает души –
            смыкаясь 
                        с бесконечным
                                    сводом,
Рассеивая прошлого туман
Уходит к Свету...


8.

Настоящего нет.
            Есть прошлое –
                        Черным пеплом
                                    Дышащее.
Настоящего нет.
            Есть будущее –
                        Прошлое
                                    Воскрешающее. 

9.

Воскреснут и злодеи и монахи
И узники, что сгибли без вины,
Воскреснут в лучезарном блеске,
Стеной воспрявши у горы.
И очищение водой и небом
Произойдет, расправив лик
И свет Творца узрят все разом –
Кто навсегда,
Кто лишь на миг.


Из поэтическо-художественного цикла "Соловки"
г. Кауфбойрен, 2006